1.2. Общая доктрина развития японского флота после русско-японской войны. Первые проекты крейсеров-разведчиков.

 

Закончившаяся полным разгромом противника на море война с Россией, апогеем которой стал Цусимский бой, полностью подтвердила правильность выбранной Импера­торским флотом организации и тактики. Однако изменение внешнеполитической ситуации, подученный в ходе боевых действий опыт и вызванный войной значительный прогресс в военном кораблестроении требовали соответствующей реорганизации флота. В октябре 1906 года император Муцухито потребовал от маршала Аримото Ямагата сфор­мулировать политику обороны Империи с учетом уроков прошедшей войны и усиления интересов США на Тихом океане и Дальнем Востоке. Выполняя указания императора премьер-министр Кинмочи Сайониджи в январе-апреле следующего года провел ряд встреч с начальником морского генерального штаба (МГШ) адмиралом Хейхачиро Того, новым морским министром вице-адмиралом Минору Сайте, военным министром генералом Масатаке Тераучи и началь­никами штабов. Вопросы, касающиеся флота, на этих встречах обсуждались на основе нового трактата, написанного капита­ном 2 ранга Т. Саго, который всю войну провел в штабе коман­дующего Второй эскадрой, а после нее стал преподавателем колледжа при МГШ. Принятая 7 апреля 1907 года новая "Политика Имперской обороны" устанавливала основные направления оборонного планирования Японии на следующие 11 лет. В списке потенциальных противников на первом месте, скорее всего по инерции или из-за неудовлетворенности территориальными приобретениями после победы, стояла Россия, за ней следовали США и Франция, владевшая большими колониями в Юго-Восточной Азии. Относительно корабельного состава Т. Саго доказывал необходимость иметь к 1920 году линейный флот (Кайзен Кантай) из трех эскадр по 8 новых линейных кораблей в каждой, трех эскадр по 4 броненосных крейсера и трех эскадр по 4 крейсера 2-го класса, не считая "вспомогательного флота" из кораблей второй линии. Но в принятой "Политике" указывался более скромный состав линейного флота из восьми линкоров, поддерживаемых эскадрой из восьми броненосных крейсеров самого последнего проекта и с возрастом не более 8 лет. 31 марта 1912 года в соответствии с новыми стандартами вместо броненосных предполагалось иметь такое же количество линейных крейсеров. Этот амбициозный проект, ставший известным в истории под названием "Флот 8-8" (Хачи-хачи Кантай), Япония так Я не смогла претворить в жизнь из-за политических и финансовых трудностей, но несколько лет его использовали как оружие политики. Когда же, наконец, показалось, что все трудности можно преодолеть, подписание Вашингтонского морского соглашения 1922 года окончательно похоронило этот проект строительства мощного флота.

Основываясь на опыте русско-японской войны МГШ выдвинул также требование иметь в составе морских сил крей­сера с мощным вооружением и защитой, высокой скоростью и большим радиусом действия, которые могли бы выполнять при линейном флоте функции разведчиков. Основные характеристики новых крейсеров-разведчиков были подробно изложены в "Программе создания нового флота", представ­ленной кабинету министров морским министром М. Сайте 15 мая 1910 года. И здесь японцам помогли доставшиеся русские трофеи, в частности дальние разведчики - броненосный крейсер "Баян" (переименован в "Азо") и бронепалубный "Варяг" ("Сойя"), ближний разведчик бронепалубный "Новик" ("Судзуя") и вспомогательный крейсер "Ангара" ("Анегава"). Последний, затопленный на мелководье в Порт-Артуре, японцы ввели в состав своего флота уже в марте 1906 года, используя в качестве посыльного судна (цухокан). Именно опыт эксплуатации "Анегавы", поражавшей новых хозяев своей дальностью плавания и способностью держать 19-узловую скорость даже на значительном волнении, показал каким должен быть океанский разведчик. Всего же программа 1910  года запрашивала строительство в течение следующих восьми финансовых годов (1911-1918) 51 одного корабля: 7 линкоров, 3 крейсеров 1-го класса, 4 крейсеров 2-го класса, 1 крейсера "специального назначения" (для океанской разведки), 26 эсминцев и 10 подводных лодок. С уже намеченными к постройке кораблями флот из 8 новых линкоров (дредноут "Фусо" плюс 7), 8 крейсеров 1-го класса (броненосный "Курама" с 305-мм и 203-мм орудиями + 4 будущих линейных типа "Конго" + 3) и 8 крейсеров 2-го класса ("Тоне" и строившиеся 3 типа "Тикума" плюс 3 и 1 "специальный") не старше 8 лет мог быть готов к 1 апреля 1919 года. Причем все линкоры и линейные крейсера этой программы (кроме "Курамы") должны были   нести 356-мм орудия, а уже построенные после русско-японской войны и строившиеся корабли с 305-мм главным калибром   ("преддредноуты" "Касима", "Катори", "Аки" и "Сацума", дредноуты "Кавачи" и "Сетцу", большие броненосные крейсера "Цукуба", "Икома" и однотипный "Кураме" "Ибуки") выводились за рамки "Фло­та 8-8".

Но кабинет отверг представленную программу и в сентябре 1911 года флот предложил другую, предусматривавшую готовность к 1 апреля 1920 года 8 линкоров, 6 крейсеров 1-го и 8 крейсеров 2-го класса. По ней следовало построить 7 лин­коров, два крейсера 1 -го класса (в дополнение к 4 типа "Кон' го"), пять 2-го класса, два "специальных" (один из них должен был заменить "Аиегаву", исключенную из списков в августе 1911 года для возврата в качестве подарка русскому царю). Количество эсминцев и подлодок осталось без изменений. Однако постройку ни одного из этих кораблей снова не утвер­дили, а политическая неразбериха в стране привела к откло­нению новой кораблестроительной программы на двух оче­редных сессиях парламента.

В 1914 году новый морской министр вице-адмирал Муцуро Яширо представил предложения по доведению флота до состава "8-8" в самые кратчайшие сроки, и отдел обороны правящего кабинета в преддверии большой войны в Европе одобрил их 22 июня. Месяц спустя по совету Яширо кабинет представил парламенту сокращенную версию этого плана как этап обычного пополнения военно-морских сил. Новая программа, предусматривавшая доведение флота до состава "8-4", включала и три крейсера-разведчика по 6000 т, воору­женных четырьмя 20-см орудиями. Интересно, что дальними разведчиками именно такого водоизмещения укомплек­товывался русский флот перед войной с Японией ("Варяг", "Аскольд" и тип "Богатырь"). Русское Морское министерство вскоре сочло их неоптимальными, учитывая размеры, стоимость и вооружение (конечно, они не могли соперничать с броненосными крейсерами типа "Асама", которых в русском флоте просто не было), зато японцы, как видно, оказались о них более высокого мнения. Такие корабли могли заполнить пустующую в японском флоте нишу между броненосными и небольшими бронепалубными крейсерами.

Начало мировой войны помешало принятию этой програм­мы. 10 сентября 1915 года очередной морской министр Томосабуро Като представил свой план доведения флота до состава "8-4", в принципе одобренный отделом обороны кабинета министров, но утвержденный лишь частично. Этот частичный план (линкор "Нагато", крейсера 2-го класса "Тенрю" и "Тацуга", 1 эсминец, 3 подлодки и танкер) приняли на 37-й сессии парламента в феврале 1916 года, но крейсера-разведчики оттуда вычеркнули. Никаких технических данных относительно крейсеров-разведчиков предвоенных программ не обнаружено. Сама же эта программа была интересна тем, что ознаменовала переход к строительству капитальных кораблей с 410-мм орудиями. МГШ уже не удовлетворяли находящиеся в постройке 4 линкора ("Фусо", "Ямаширо", "Исе" и "Хьюга") и 4 линейных крейсера ("Конго", "Харуна", "Хией", "Кирисима") с 356-мм главным калибром и он вынашивал планы строительства "Флота 8-8" с орудиями, намного превосходившими все имеющиеся у других держав.

"Тенрю" и "Татсута" были быстроходными лидерами флотилий эсминцев, в больших количествах сходивших со ста­пелей. По стройку именно таких крейсеров 2-го класса тогда посчитали более срочным делом, но уже спустя несколько месяцев Морской технический совет (МТС) получил задание разработать предварительный проект крейсера-разведчика ("скаута", как его называли англичане). Одновременно арсеналу на базе флота в Куре поручалась разработка нового 20-см орудия, которое должно было заменить 20-см 45-калиберное типа 41 года (41-й год царствования Мейдзи -императора Муцухито, т.е. 1908-й), созданное на основе более ранней модели английской фирмы Виккерс. Уже 22 сентября 1916 года МТС представил на рассмотрение в МГШ черновой проект "скаута" со следующими характеристиками: нормаль­ное водоизмещение 7200 т, максимальная скорость 36 узлов, радиус действия 6000-8000 миль на 14 узлах, артвооружение - не менее 12 новых (принятых на вооружение перед самой мировой войной) Н-см/50 орудий (по две спаренных ус­тановки в носу и корме и 4 одиночных по бортам) или меньшее число разрабатываемых 20-см орудий, торпедное - 4 двух­трубных неподвижных бортовых аппарата для новых 61-см торпед, защита - 76-мм пояс из НТ-стали (сталь высокого напряжения - High Tensile Steel) и бронепалуба над жизненно важными частями. Калибр 14-см (140-мм) был новым для японского флота, который до этого обходился 152-мм и 120-мм скорострельными орудиями английского образца. Но 152-мм снаряды весом 45,4 кг были слишком тяжелыми для ручного заряжания японским матросом нормальных кондиций, а 120-мм орудие уже считалось слишком мелким для главного калибра крейсеров.

В целом проект понравился и "Программа строительства Флота 8-4", подготовленная в июле-сентябре 1916 года, вклю­чала три таких "скаута" (оценочная стоимость постройки 6915078 иен за каждый), а всего по ней запрашивались сред­ства на строительство трех линкоров ("Муцу", "Ката", "Тоса"), двух линейных крейсеров ("Амаги", "Акаги"), 9 крейсеров (три 7200-тонных "скаута" и шесть 3500-тонных лидеров торпед­ных флотилий типа "улучшенный "Тенрю"), 27 эсминцев, 18 подлодок и 3 вспомогательных судов, которые следовало выделять в течение 7 лет, начиная с 1917 года. Парламент не смог принять эту программу на 38-й сессии, поскольку 25 января был распущен. Но когда японцы узнали о 3-летней кораблестроительной программе, принятой США 29 августа 1916 года, определенные политические круги добились созыва внеочередной 39-сессии парламента, которая 14 июля 1917 года приняла нужное решение.

Американцы, в частности, планировали построить 10 крейсеров-"скаутов" по 7100 Т, со скоростью 35 узлов и воо­ружением из 8 152-ММ/53 орудий, 2 двухтрубных поворотных торпедных аппаратов (ТА) и 2-4 гидросамолетов при двух катапультах (будущие типа "Омаха"). Получив эти данные, японский МГШ решил переделать проект 7200-тонного "скаута", а пока изменить состав легких крейсеров последней программы. В конце 1917 года предусмотренные программой 9 крейсеров заменили на восемь 5500-тонных, которые могли бы выполнять как функции разведчиков, так и лидеров эсмин­цев, и один экспериментальный "малого" проекта. Еще три крейсера по 5500 ТЗ включили в "Программу строительства Флота 8-6" (линейные крейсера "Такао" и "Атаго", 3 легких крейсера, 27 эсминцев, 48 подлодок и 6 вспомогательных суд­ов), принятую на 40-й сессии парламента 12 марта 1918 года.

Проект 5500-тонного крейсера, так называемой "средней модели" разрабатывался 4-м - кораблестроительным -отделом МТД (Морского технического департамента)" на основе "Тенрю". Значительное увеличение размеров позволило усилить вооружение (с 4 до 7 14-см орудий при бортовом залпе в 6 стволов) и увеличить дальность плавания в полтора раза (с 6000 до 9000 миль на 10 узлах). Параллельно МТД начал улучшать проект 7200-тонного крейсера и в начале 1918 года представил в МГШ следующие характеристики:

 

Водоизмещение (нормальное)

8000 т

Скорость (максимальная)

36,5 узлов

Вооружение (артиллерийское)

10 или 12 14-см/50 орудий типа 3 года в 2-орудийных башнях по диаметральной плоскости (ДП), расположенных по схеме "пирамида" - 3 башни в носу и 2-3 в корме. Альтернативно предлагалось использовать новые 20-см/50 орудия, разработка которых велась в арсенале Куре. По мере их готовности предполагалось установить на каждый крейсер по 8 стволов.

Вооружение (торпедное)

4x2 ТА для новых 61-см торпед в неподвижных бортовых установках, по 2 на борт.

Защита

бортовая и палубная броня на протяжении жизненно важных частей.

Дальность плавания

6000 миль на 14 узлах.

 

Четыре корабля по новому проекту, официально называемые "крейсерами большой модели", включили в первую послевоенную "Программу строительства Флота 8-8", куда также вошли по 4 гигантских линкора (№№9-12) и линейных крейсера (№№13-16), 8 крейсеров "средней модели" по 5500 Т, 32 эсминца, 28 подлодок, 5 канлодок и 18 вспомогательных судов. Результаты минувшей мировой войны упрочили финансовое положение Страны Восходящего Солн­ца, что давало надежду ее адмиралам наконец-то реализовать свои замыслы без ограничений со стороны правительства и парламента. Совет министров одобрил этот последний этап программы "Флота 8-8" 2 июня 1919 года, но парламент смог принять ее только спустя год на своей 43-й внеочередной сессии (предыдущая сессия в феврале была распущена). Опубликованная 1 августа 1920 года, она планировала ежегод­ную выдачу заказа на один 8000-тонный и один 5500-тонный крейсер в течение 4 лет (финансовые годы 1920/21-1923/24), а затем в течение 1924/25 и 1925/26 финансовых годов заказывать по 2 5500-тонных. Последний корабль программы "Флот 8-8" следовало закончить постройкой к 1 апреля 1928 года (т.е. к началу очередного финансового года). Стоимость крейсера в 8000 т оценивалась в 1919 году как 8 039 200 иен, но к июню 1920 года эта цифра уже превышала 11 миллионов. Однако позднее принятие программы парламентом с самого начала задержало выдачу всех заказов на год и первые крейсера заказали в рамках бюджета 1921/22. И хотя число их, чтобы компенсировать отставание от графика работ, сразу увеличили до четырех, это были крейсера по 5500 Т. МГШ и МТД все еще не имели готового проекта 8000-тонного крейсе­ра, поскольку никак не могли определиться с его вооружением.