Корпус

 

Субмарина VII серии по типу являлась полуторакорпусной лодкой, простой по кон­струкции и пригодной для крупносерийно­го строительства. Ее прочный корпус имел сравнительно большой диаметр — 4,7 м в районе центрального поста; толщина кор­пуса составляла 16 мм в оконечностях и 18,5 мм в центральной части (в месте со­единения с рубкой — 22 мм), однако на мо­дификации С/41 выросла до 18,5 мм и 21,5 мм соответственно. Помимо своей основной функции — выдерживать заборт­ное давление — прочный корпус VII серии мог вполне успешно противостоять пулям и снарядам малокалиберных пушек ко­раблей и самолетов союзников.

Послевоенные испытания трофейных германских подлодок показали, что 20-мм, 23-мм снаряды любых типов, а также 37-мм осколочно-зажигательно-трассирующие могли наносить повреждения только лег­кому корпусу субмарин. Аналогичные проб­лемы возникали и при попытке таранить подлодку форштевнем надводного кораб­ля, имевшего гораздо меньшую толщину обшивки, чем его жертва. Известен слу­чай, когда таранивший U-405 американ­ский эсминец «Бори» получил столь серь­езные повреждения корпуса, что после снятия экипажа был потоплен своей же авиацией, хотя, конечно, в этом сыграла роль и ветхость старого «флэшдеккера».

Прочный корпус субмарины представ­лял собой восемь секций, шесть из ко­торых — стальные листы, согнутые и сваренные в виде цилиндров. Носовая и кормовая секции состояли из трех лис­тов каждая. Они устанавливались на слип краном и приваривались друг к дру­гу. Рубка также была сварной; в секции позади нее оставлялось обширное отверстие, через которое внутрь корпуса последовательно загружались механиз­мы и приборы. Последними в этом ряду были дизели, после установки которых отверстие заваривалось специальным листом. Отсутствие съемных листов кор­пуса ясно давало понять, что на дли­тельную эксплуатацию подобная лодка не рассчитывалась — ее гибель ожида­лась раньше сроков постановки в сред­ний ремонт.

«Семерка» состояла из шести отсеков. Центральный пост отделялся от других сферическими переборками, рассчитан­ными на давление 10 атм со стороны во­гнутости, и служил также отсеком-убежи­щем. Остальные переборки— легкие и плоские — сохраняли герметичность толь­ко в случае надводной аварии.

В 1-м (носовом торпедном) отсеке раз­мещались четыре торпедных аппарата (по два в двух вертикальных рядах) и шесть запасных торпед (четыре под па­лубным настилом и две вдоль бортов). Для погрузки торпед и заряжания торпед­ных аппаратов имелись специальные по­грузочное и внутритранспортное устрой­ства. Кроме торпед вдоль каждого борта располагались три пары двухъярусных откидных коек. До тех пор, пока две хра­нившиеся в жилой части отсека торпеды не заряжались в торпедные аппараты, от­кинуть койки верхнего яруса было нельзя, и морякам приходилось спать на чужих местах либо на торпедах. Под запасны­ми торпедами у днища отсека находи­лись носовые дифферентная и две торпедозаместительные цистерны, а также привод ручного управления носовыми го­ризонтальными рулями.

2-й (носовой жилой) отсек разделялся надвое тонкой переборкой и дверью.

Меньшее носовое помещение, в котором находился еще и крохотный гальюн, яв­лялось жилым для четырех обер-фельдфебелей. Дальше шло офицерское поме­щение — по две койки в два яруса с каж­дой стороны, затем, уже непосредствен­но у переборки центрального поста, — расположенная по левому борту «каюта» командира, отделявшаяся от прохода шторой. Она была очень маленькой, из мебели в ней едва помещались койка, откидной столик и встроенный в обшивку стены шкафчик. Напротив командирской каюты находились боевые посты акусти­ка и радиста. Такое расположение явля­лось сознательным: даже лежа на своей койке командир просто не мог не быть в курсе всего происходящего на лодке. Под палубным настилом размещались носо­вая группа аккумуляторной батареи (62 элемента), баллоны системы воздуха вы­сокого давления (ВВД) и артиллерийский погреб.

3-й отсек занимал центральный пост, в котором сосредотачивались все нити управления кораблем: зенитный и коман­дирский перископы (последним пользо­вались в боевой рубке), посты управле­ния клапанами вентиляции и кингстона­ми, вертикальными и горизонтальными рулями (приводы дистанционного управления рулями — электрические). Здесь же находился боевой пост штурмана со всем соответствующим оборудованием. Наиболее крупными вспомогательными механизмами отсека являлись два насо­са и гидравлический мотор подъема пе­рископов. Вдоль бортов устанавливались цистерны питьевой воды и гидравличес­кого масла. Под центральным постом на­ходилась равнопрочная балластная ци­стерна большого объема (47,7 м3), играв­шая роль средней группы, а по обе сто­роны от нее — топливные цистерны. В узкой боевой рубке, которая была над центральным постом, размещался бое­вой пост командира во время торпедной атаки — откидное кресло, вращавшееся вместе с командирским перископом, счетно-решающий прибор управления торпедной стрельбой и репитер гироком­паса.

В 4-м (кормовом жилом) отсеке име­лись четыре пары коек для унтер-офи­церов, камбуз, второй гальюн и вторая электрическая подстанция (первая нахо­дилась во втором отсеке). Поскольку от­сек связывал центральный пост с кам­бузом, дизельным и электромоторным отсеками, из-за постоянно царившего здесь шума, гама и беготни на жаргоне подводников он назывался «Потсдамская площадь». Под палубным настилом располагалась вторая группа аккумуля­торных баков (62 элемента), несколько баллонов ВВД и еще одна топливная цистерна.

Практически весь объем 5-го (дизель­ного) отсека над палубным настилом за­нимали два дизеля. Здесь же размеща­лись баллоны со сжатым воздухом для запуска дизелей и баллон с углекисло­той для тушения пожаров, что при экс­плуатации дизелей было не таким уж ред­ким явлением. Весь остававшийся сво­бодным от фундаментов дизелей в ниж­ней части отсека объем занимали мас­ляные цистерны.

В 6-м (электромоторным и кормовом торпедном) отсеке, кроме двух электромо­торов и торпедного аппарата, были уста­новлены два компрессора ВВД: электри­ческий — по левому борту и дизель-ком­прессор Юнкерса — по правому. Здесь же находились посты энергетики, ручного управления вертикальным и кормовыми горизонтальными рулями. Под палубным настилом между электромоторами разме­щалась запасная торпеда, ближе к кор­ме — кормовая дифферентная и торпедозаместительная цистерны. В крыше отсека имелся торпедопогрузочный люк. В кон­це войны в отсеке появилась еще одна труба небольшого диаметра с передней и задней крышками — метатель имитацион­ных патронов Больда.

Внутри надстройки и оконечностей легкого корпуса располагался целый ряд систем и механизмов, наиболее важными из которых являлись гидрофоны гидро­акустической станции, якорное устрой­ство, четыре водонепроницаемых пена­ла для надувных спасательных плотов, комплект маскировочных сетей, два во­донепроницаемых пенала для хранения запасных торпед (по одному впереди и позади ограждения рубки: в пеналах могли храниться только торпеды типа G7a), водонепроницаемые кранцы пер­вых выстрелов к 88-мм и зенитным ору­диям, шахта подачи воздуха к дизелям, выхлопные клапаны и глушители дизе­лей, а также большинство баллонов сис­темы ВВД. Палуба надстройки обшива­лась деревянными досками, поскольку в северных широтах дерево покрыва­лось коркой льда позже, чем железо. До конца 1942г. на палубе перед рубкой устанавливалось 88-мм орудие (На подводных лодках довоенной постройки на палу­бе позади рубки монтировалось и 20-мм зенитное ору­дие, но вскоре после начала боевых действий с целью сокращения времени подготовки к открытию огня не перенесли на заднюю рубочную площадку позади мостика), одна­ко впоследствии, пытаясь сократить верхний вес, возросший после появления дополнительных зенитных орудий, от чего отказались.

Ограждение рубки использовалось для размещения личного состава верхней вах­ты, зенитных орудий, многочисленных не­подвижных и выдвижных устройств обна­ружения, навигации и связи. Внутри ограж­дения, позади боевой рубки, находился воздухозаборник шахты подачи воздуха к дизелям, а также кранцы первых выстре­лов зенитных орудий.