ГЛАВА 3

ПОЯВЛЯЮТСЯ ЛЮФТВАФФЕ И АФРИКАНСКИЙ КОРПУС

 

Ситуация на Средиземном море улучшилась после того, как итальянцы потеряли 3 линкора в Таранто, и распылили свою авиацию по нескольким направлениям. Англичане не замедлили этим воспользоваться. 16 декаб­ря из Александрии на Мальту вышел конвой из 4 транс­портов, которые прикрывали только линкор «Малайя» и 4 эсминца. Адмирал Каннингхэм, используя остальные корабли, сумел нанести противнику несколько ударов на различных участках театра. Командир 1-й эскадры лин­коров контр-адмирал Роулингс, державший флаг на «Барэме», руководил действиями эскадры, поддерживающей наступление армии вдоль ливийского побережья. Осталь­ные силы флота вышли в район к северу от Крита, отку­да самолеты «Илластриеса» могли нанести удар по ита­льянским аэродромам на островах Стампалия и Родос. После этого флот заправился топливом в бухте Суда и взял курс на северо-восток, в Ионическое море. Крейсе­ра совершили рейд вверх по Адриатике, а линкоры «Уорспайт» и «Вэлиант» обстреляли албанский порт Валона, главную базу снабжения итальянских войск на Балканах. Они выпустили по городу более 100 — 381-мм снарядов. Хотя разрушения оказались не слишком велики, эта операция показала, насколько свободно чувствует себя бри­танский флот в Mare Nostrum (Наше море (лат.)) Муссолини.

Мальта тоже получила передышку от воздушных атак. За это время вновь удалось наладить работу доков и ре­монтных мастерских. Впервые с мая 1940 года флагманс­кий корабль Каннингхэма вошел в Гранд Харбор. Его радостно приветствовали тысячи жителей острова. Такой же теплый прием ждал и самого адмирала, сошедшего на берег.

Однако на острове по-прежнему не хватало самолетов. Несмотря на запросы главного маршала авиации Лонгмора, подкрепления были весьма скудными. На острове базировались только 16 «Харрикейнов». К 12 «Суордфишам» 830-й эскадрильи ВСФ добавились 16 «Веллингтонов», что не слишком увеличивало возможности удар­ной авиации. Тем не менее, даже эти небольшие силы сумели кое-что сделать. Они провели бомбардировки пор­тов Бриндизи, Бари и Таранто, из которых итальянцы доставляли снабжение в Грецию. Был проведен налет на Неаполь, куда противник отвел уцелевшие корабли. В ходе этого налета были повреждены крейсер «Пола» и линкор «Чезаре». Подвергся бомбардировке и порт Триполи в Северной Африке. Однако Мальта так и не получила тор­педоносцев «Бофорт», которые были необходимы для нанесения ударов по конвоям в море. Дальнюю разведку пока могли вести только 4 летающие лодки «Сандерленд» и 4 «Мэриленда».

Тем временем адмирал Листер вместе с крейсерами Средиземноморского флота вошел в Сицилийский про­лив. Противник никак не показал себя. Британские крей­сера с помощью самолета с «Илластриеса» потопили 2 из 3 транспортов конвоя, шедшего в Триполи, и обстре­ляли сам порт. Линкор «Малайя» благополучно прошел этим же проливом, чтобы встретиться с Соединением Н. Единственное противодействие попытались оказать ита­льянские подводные лодки. Одна из них сумела потопить эсминец «Хайперион».

На суше события развивались так же великолепно. Гре­ки добились крупных успехов против вторгшихся италь­янских армий. В Северной Африке британская Армия Нила готовилась начать новое наступление, чтобы окончательно выбить итальянцев из Киренаики. Однако вскоре выяс­нилось, что блестящие перспективы на самом деле вы­глядят иначе. Англичане давно ждали, что Германия вме­шается в события на юге Европы, чтобы поддержать сво­его не слишком удачливого союзника. Муссолини был недоволен действиями своего высшего командования и 8 декабря сместил адмирала Доминико Каваньяри с поста начальника Морского Генерального Штаба. Его заменил адмирал Артуро Риккарди. До сих пор он занимал бере­говые посты, не имел боевого опыта и, как следствие, не мог заставить флот действовать более агрессивно. Был также сменен и командующий флотом. Место адмирала Кампиони занял адмирал Анджело Иакино. Этот офицер пользовался большой известностью во флоте. Ранее он командовал крейсерскими силами, которые неплохо по­казали себя в нерешительном столкновении с Соедине­нием Н южнее Сардинии в ноябре.

Однако положение итальянцев не могли улучшить простые перестановки командиров. Флот имел полные основания жаловаться на неэффективность действий авиа­разведки и плохие действия ударной авиации. Ему требо­валась помощь германского X авиакорпуса. Итальянской армии, терпевшей поражения и в Греции, и в Африке, также требовалась помощь Вермахта. Но Гитлер все еще не желал всерьез ввязываться в бои на Средиземномор­ском театре. В начале января он все-таки отдал приказ о формировании Африканского Корпуса, но его задачей должна была стать оборона Триполитании, а не наступа­тельные действия. Но провал итальянского наступления в Греции ставил под угрозу запланированное наступле­ние в России, и Гитлер был просто вынужден вмешать­ся, чтобы обезопасить свой южный фланг. Таким обра­зом, в конце 1940 года пришли в движение силы, кото­рые вскоре заставят потускнеть блестящие перспективы, неожиданно открывшиеся перед англичанами на Среди­земном море.

Тем временем англичане запланировали провести на Мальту большой конвой (операция «Иксесс»). Схема по­добных операций была хорошо отработана. Из Гибралта­ра под прикрытием Соединения Н вышли 5 транспортов. Они несли 4000 тонн боеприпасов и 12 разобранных «Харрикейнов». Не менее важным грузом были 3000 тонн се­менного картофеля. Вместе с ними шли 4 транспорта, направляющиеся с важными грузам в Грецию. Из Алек­сандрии на Мальту под прикрытием крейсерского соеди­нения вице-адмирала Г.Д. Придхэм-Уиппела вышли 2 транспорта. Одновременно Мальту должны были поки­нуть 2 конвоя пустых судов. Главнокомандующий с авиа­носцем и 2 линкорами должен был встретить конвой, следующий из Гибралтара, немного западнее Сицилий­ского пролива.

Операцию планировалось провести в декабре, но не­которые события за пределами Средиземного моря за­ставили отложить ее. Из Англии в долгий путь вокруг мыса Доброй Надежды вышел большой конвой. Средиземно­морские транспорты должны были отделиться от него на широте Гибралтара. Но в день Рождества посреди Атлан­тики конвой был атакован германским тяжелым крейсе­ром «Хиппер» и был вынужден рассеяться. Соединение Н спешно вышло в Атлантику ему на помощь. Во время шторма флагман адмирала Сомервилла линейный крей­сер «Ринаун» получил повреждения булей правого бор­та, что привело и к повреждению обшивки. Таким обра­зом, на опоздание транспортов для операции «Иксесс» наложилась необходимость ремонтировать «Ринаун». Один из транспортов для Греции в шторм был выброшен на берег и больше не мог принимать участие в операции. Только вечером 4 января Соединение Н и транспорты сумели покинуть Гибралтар. За это время Люфтваффе ус­пели развернуть пикировщики X авиакорпуса на аэро­дромах Сицилии.

В состав Соединения Н адмирала Сомервилла входили всего 10 кораблей: «Ринаун», «Малайя», «Арк Ройял», легкий крейсер «Шеффилд» и 6 эсминцев. Новый легкий крейсер «Бонавенчер» и 4 эсминца составляли непосред­ственное прикрытие конвоя. Хотя легкие крейсера «Гло­стер» и «Саутгемптон» из эскадры Каннингхэма должны были пройти Узости, чтобы прикрыть конвой на после­днем отрезке пути к Мальте, Соединение Н значительно уступало итальянскому флоту, ядром которого являлись линкоры «Витторио Венето» и «Джулио Чезаре», базиру­ющиеся в Неаполе. Противник легко мог перехватить англичан к югу от Сардинии. Однако англичане проде­монстрировали прекрасное взаимодействие сил флота и авиации, а Мальта еще раз подтвердила свое значение как передовой базы ударных сил. Ночью 8 января малень­кая группа «Веллингтонов» совершила налет на Неаполь. Близким разрывом бомбы был поврежден «Чезаре», и итальянцы поспешно отвели оба линкора на север в Ге­ную. Таким образом, англичане обезопасили свою опе­рацию от вмешательства вражеских кораблей.

Сначала казалось, что угроза с воздуха ограничится обыч­ными неэффективными атаками итальянских самолетов. 10 бомбардировщиков Sm.79 безрезультатно атаковали «Ма­лайю» и «Глостер». «Фулмары» с «Арк Ройяла» сбили 2 са­молета противника, и в сумерках 9 января Соединение Н повернуло назад в Гибралтар. Во второй половине того же дня группа вражеских истребителей и бомбардировщиков не сумела отыскать соединение Каннингхэма и сбросила бомбы на корабли в гавани Ла-Валетты, не добившись попаданий. Такими же безуспешными были и атаки мелких групп бомбардировщиков и торпедоносцев во время про­хождения конвоем Сицилийского пролива.

На рассвете конвой и его сопровождение все еще находились западнее Мальты. Его прикрывали главные силы Каннингхэма — «Уорспайт», «Вэлиант», «Илластриес» и 5 эсминцев. Крейсера «Глостер», «Саутгемптон» и «Бонавенчер» сопровождали эсминец «Галлант». Он подорвался на мине, и теперь его вел на буксире на Мальту эсминец «Мохаук». Первая половина дня прошла спокойно. Казалось, что самая крупная и слож­ная конвойная операция Средиземноморского флота закончится полным успехом. Появился итальянский раз­ведывательный самолет и был тут же сбит «Фулмарами» с «Илластриеса». В 13.30 появились 2 торпедонос­ца, которые попытались атаковать линкоры. Корабли легко уклонились от торпед, но эта атака имела роко­вые для англичан последствия. Патрулировавшие вы­соко в небе «Фулмары» спустились вниз и погнались за 2 «Савойями». Едва они сделали это, как в голубом небе появились многочисленные самолеты, приближающи­еся к английской эскадре. Это были пикирующие бомбардировщики Ju-87 «Штука» и двухмоторные бомбар­дировщики Ju-88, которые хотя и не могли пикиро­вать, но несли гораздо больше бомб и были лучше во­оружены.

«Фулмары» немедленно прекратили погоню и попы­тались набрать высоту. С палубы авианосца были подняты дополнительные истребители. Однако «Фулмары» имели слишком малую скороподъемность и не успели перехва­тить немцев. Первыми атаковали пикировщики. Они со­средоточились на «Илластриесе». Все зенитные орудия английского флота открыли огонь. Но еще во время Нор­вежской кампании стало ясно, что зенитное вооружение британских кораблей слишком слабо, чтобы обеспечить эффективную защиту. Особенно не хватало мелкокали­берных автоматов.

Теперь адмирал Каннингхэм на своем опыте убедил­ся, чего может достичь многочисленная и хорошо подго­товленная авиация.

 

«Нас слишком заинтересовал этот новый вид воз­душной атаки, чтобы мы испугались по-настоящему. Не было сомнений, что нас подкараулили настоящие спе­циалисты. Самолеты образовали большой круг над нашим соединением. Мы не могли не восхищаться их уме­нием и меткостью».

 

В течение 10 минут «Илластриес» шел под градом бомб, поднимающих высокие коричневые столбы воды при взры­ве у борта корабля. Авианосец получил 6 прямых попада­ний. Несколько бомб попали в шахту элеватора и взорва­лись в ангаре и на нижних палубах. Рулевое управление корабля было повреждено, полетная палуба исковеркана, на нем бушевали пожары. Авианосец беспомощно кружился на месте. Но бронированная полетная палуба приняла на себя основной удар, в противном случае «Илластриес» был бы потоплен. А так, хотя он получил еще одно попадание во время второй атаки, авианосец сумел доползти до Маль­ты и стал на верфь для временного ремонта. На следую­щий день пикировщики нанесли новый удар. Юго-восточнее Мальты они атаковали крейсера «Глостер» и «Саутгемптон», которые сопровождали тихоходный конвой в Александрию. Оба корабля получили попадания. «Глосте­ру» повезло, так как бомба, пробившая 5 палуб, не взор­валась. Однако «Саутгемптон» получил такие тяжелые по­вреждения, что команда была вынуждена оставить его. Крейсер был затоплен своими кораблями.

Так громогласно пилоты X авиакорпуса заявили о сво­ем прибытии на Средиземноморский театр, после чего бои приняли совершенно иной характер. Немцы извлек­ли урок из своих не слишком успешных действий во вре­мя Норвежской кампании. Кроме того, сами англичане продемонстрировали им, на что способны хорошо обу­ченные пикировочные эскадрильи, когда в считанные минуты отправили на дно германский легкий крейсер «Кенигсберг». Поэтому немцы специально обучили лет­чиков атакам кораблей.

Последствия прибытия частей Люфтваффе могли ока­заться решающими. Англичане еще сумели провести к цели несколько конвоев, но при этом понесли тяжелые потери в военных кораблях. Британские авианосцы име­ли важнейшее значение для хода всей войны на море, а ведь их было очень немного. Хотя «Илластриес» сумел укрыться в гавани Ла-Валетты, система ПВО Мальты, пока еще находившаяся в зачаточном состоянии, никак не могла гарантировать его безопасности. Новые атаки немцев вполне могли стать роковыми для авианосца. Ан­гличане были вынуждены признать, что авианосец стал становым хребтом флота, оттеснив линкор, — и сделали соответствующие выводы. Авианосцы больше не риско­вали показываться в центральном бассейне Средиземно­го моря. Теперь задача нанесения ударов по конвоям, ве­зущим снабжение для германских и итальянских войск в Африке, была полностью возложена на Мальту. Но, хотя этот «авианосец» и был непотопляемым, он оказался плохо подготовлен для решения данной задачи.

Немцы полностью осознавали необходимость нейтра­лизации Мальты. Но лишь самые дальновидные из них, в том числе и Роммель, понимали, что эту угрозу следует уничтожить окончательно. Выполнение задачи было по­ручено X авиакорпусу. Однако он начал массированные атаки лишь через 6 дней после прибытия «Илластриеса» в Гранд Харбор. Эта передышка позволила англичанам подремонтировать авианосец. Первая массированная ата­ка германской авиации против верфи была проведена 16 января. Авианосец получил попадание одной бомбы, но повреждения оказались невелики. 18 января вражеская авиация занялась мальтийскими аэродромами и укреп­лениями. Авианосец был уже почти готов к выходу в море, когда новый налет на верфь вызвал дополнительные по­вреждения подводной части корабля. И все-таки, несмотря на все усилия врага, вечером 23 января «Илластриес» медленно проскользнул мимо брекватера и вышел в море. Самолеты противника этого не заметили. Вскоре корабль сумел дать уже 20 узлов. Так началось его долгое и труд­ное путешествие на верфь Норфолка (штат Вирджиния), где он прошел капитальный ремонт.

Хотя «Илластриес» сумел избежать самого худшего, теперь Мальта подвергалась регулярным массированным атакам Ju-87 и Ме-110, которые проводили бомбомета­ние с пикирования и обстрелы с бреющего полета. Ju-88, He-111 и итальянские «Савойи» бомбили остров с гори­зонтального полета. На Мальте оставалось слишком мало истребителей, чтобы отразить эти атаки. Не более 6 «Харрикейнов» могли подняться в воздух — это было все, что осталось от современных истребителей. Кроме них име­лись 3 тихоходных «Фулмара», оставленные «Илластриесом», и 1 древний «Гладиатор». Но эти самолеты и зенит­ки сумели сбить 16 самолетов противника, хотя и не смог­ли отбить атаку. Весь январь, февраль и март налеты по­вторялись со зловещей регулярностью.

Хотя ПВО острова трещала по всем швам, он еще со­хранил кое-какую ударную мощь. «Веллингтоны» 418-й эскадрильи бомбили аэродромы Сицилии, уничтожили несколько самолетов и нанесли определенные повреж­дения сооружениям. «Суордфиши» 830-й эскадрильи во взаимодействии с «Сандерлендами» добились заметных успехов в борьбе с ливийскими конвоями, даже когда бомбардировки Мальты были в полном разгаре. Вражес­кие воздушные налеты не помешали возобновить функ­ционирование базы подводных лодок на Мальте, и лод­ки вскоре превратились в смертельную угрозу для вра­жеских конвоев. Если бы X авиакорпус получил возмож­ность продолжать налеты на Мальту с прежней силой, исход мог оказаться иным. Но события на других участ­ках Средиземного моря отвлекли внимание немцев и ита­льянцев от Мальты. Они также показали взаимосвязь со­бытий на всем театре в целом.

В Северной Африке британская Армия Нила продол­жала наступление. 22 января был захвачен Тобрук, и к 6 февраля итальянцы были выбиты из Киренаики. Немцы опасались, что их союзники не сумеют удержать Триполитанию. В феврале 1941 года началась перевозка туда ча­стей Африканского Корпуса. В результате корабли, под­держивающие наступление английской армии вдоль по­бережья, и транспорты, доставляющие ей снабжение, начали нести потери. Однако давление на Мальту ослаб­ло в самый критический момент.

Тем не менее, положение острова в марте оставалось тяжелым, так как Люфтваффе захватили полное господ­ство в воздухе. У побережья Ливии корабли Прибрежной Эскадры практически ежедневно несли потери. Адмирал Каннингхэм присоединился к Лонгмору, требуя прислать истребители. 11 марта он написал Первому Морскому Лорду:

 

«Похоже, кое-кто не слишком ясно представляет со­стояние наших ВВС здесь. Я чувствую, что Комитет на­чальников штабов получает совершенно неверную ин­формацию о количестве имеющихся истребительных эс­кадрилий. Лонгмор выскреб все буквально до дна, и мы имеем гораздо меньше, чем думают в Англии. Немцы крепко нажали на нас в Киренаике. Мы полагаем, что против наших 30 самолетов немцы и итальянцы имеют более 200.

В отношении Мальты я говорил с вице-маршалом авиации, рапорт которого привожу. Он сказал, что нем­цы полностью подавили нас. У него осталось только 8 исправных «Харрикейнов». Он послал еще 6 из своих скуд­ных резервов здесь, но это ничего не решает. Он должен получить и немедленно 2 полные эскадрильи».

 

Узнав о награждении Большим Рыцарским Крестом ордена Бани, Каннингхэм едко отозвался: «Я охотнее получил бы 3 эскадрильи «Харрикейнов». Действитель­но, без авиации, в том числе морской, ситуация в Ли­вии и на Балканах становилась почти безнадежной. Не­много облегчило положение Каннингхэма прибытие 10 марта нового авианосца «Формидебл» взамен поврежден­ного «Илластриеса». Это позволило адмиралу провести на Мальту еще 4 транспорта. Противник не сумел поме­шать англичанам.

В это же самое время по другую сторону фронта кипе­ла бурная деятельность. С первых чисел февраля итальян­цы занимались перевозкой в Африку германского Афри­канского Корпуса, и англичане не сумели серьезно по­мешать этой операции. В феврале им удалось перевести на Мальту несколько новых малых подводных лодок типа «U», которые стали ядром прославленной флотилии. Она оказала серьезное влияние на ход боев. В ночь на 25 фев­раля подводная лодка «Апрайт» лейтенанта Э.Д. Нормана потопила итальянский легкий крейсер «Армандо Диац». Но только в марте мальтийская флотилия начала нано­сить ощутимые удары по морским коммуникациям врага. К этому времени немцы завершили формирование Африканского Корпуса. Германское Верховное Командова­ние отправило итальянскому флоту благодарственную телеграмму: «Особенно восхищает то, что подобную опе­рацию удалось провести при минимальных потерях, не­смотря на огромные трудности и опасность вражеского противодействия». До начала сокрушительного наступле­ния германских войск в Ливии и Греции, которое бук­вально смело британские войска, оставались считанные дни. Но за эти дни итальянский флот успел потерпеть унизительное поражение и вновь потерял уважение со­юзника.

Немцы уже не раз требовали, чтобы итальянский флот попытался хоть как-то остановить поток транспортов с войсками и снабжением, идущий из Египта в Грецию. Они планировали начать наступление и не желали лиш­них помех. 14 февраля на встрече в Мерано адмирала Риккарди с адмиралом Редером последний потребовал, что­бы итальянские корабли нанесли удар по вражеским мор­ским коммуникациям. Риккарди возражал, указывая на слишком большое расстояние от итальянских портов. Он также утверждал, что англичане с помощью воздушной разведки сумеют уклониться от любой опасности. В нача­ле марта немцы снова попытались оказать политическое давление на высшем уровне, чтобы подтолкнуть итальянский флот к более агрессивным действиям. В результа­те итальянское Comando Supremo отдало приказ началь­нику Морского Генерального Штаба адмиралу Риккарди, который передал его главнокомандующему флотом адмиралу Иакино. От флота требовали нанести хоть один удар противнику. Чтобы устранить возражения итальян­цев, Люфтваффе пообещало содействие X авиакорпуса. Немцы должны были вести авиаразведку над Александ­рией, центральным и восточным Средиземноморьем. Они также обещали истребительное прикрытие итальянским кораблям в дневное время на восток до меридиана мыса Матапан. Чтобы немецкие самолеты могли более эф­фективно взаимодействовать с итальянскими корабля­ми, X авиакорпус должен был провести серию совмест­ных с итальянцами учений по сопровождению и опозна­нию кораблей. Они должны были проводиться в первый день после выхода итальянского флота в море в относи­тельно безопасных водах южнее Мессинского пролива. Итальянские ВВС обещали обеспечить истребительное прикрытие с аэродромов Родоса, когда флот окажется вблизи Крита. Они также собирались нанести удар по бри­танским аэродромам на Крите. Все эти меры должны были обеспечить итальянскому флоту внезапность удара и од­новременно лишить англичан шансов на внезапность. Наконец, чтобы хоть немного успокоить итальянцев, Люфтваффе заявили, что их торпедоносцы 16 марта повредили 2 линкора Каннингхэма. Это было совершенно ложное заявление.

Адмирал Иакино немного приободрился, получив все эти заверения, хотя до конца так и не поверил в их на­дежность. Кроме того, он сомневался в практическом значении операции, которая должна была серьезно со­кратить и без того небогатые запасы нефти в хранилищах итальянского флота. Сам адмирал вышел из Неаполя ве­чером 26 марта. Он поднял флаг на новом линкоре «Витторио Венето». Утром следующего дня он прошел через Мессинский пролив в сопровождении 4 эсминцев при­крытия. Впереди линкора шла 3-я дивизия крейсеров — «Триесте», «Тренто», «Больцано» — в сопровождении эс­минцев. Из Таранто вышла 1-я дивизия — крейсера «Зара», «Пола», «Фиуме», а из Бриндизи вышла 8-я дивизия — крейсера «Абруцци» и «Гарибальди». Все эти отряды дол­жны были встретиться в 60 милях восточнее Аугусты. Пос­ле этого объединенная эскадра должна была выйти к ост­рову Гавдос, находящемуся у южного берега Крита.

Сомнения Иакино в эффективности обещанного вза­имодействия окрепли в первый же день операции. 27 марта не появился ни один самолет X авиакорпуса для прове­дения запланированных учений. Зато прилетела британ­ская летающая лодка «Сандерленд», которая долгое вре­мя следила за итальянской эскадрой. Хотя в ее сообще­нии, которое перехватили и расшифровали итальянцы, говорилось только об одной дивизии крейсеров, Иакино понял, что с этого момента надежды на внезапность боль­ше не существует.

Донесение летающей лодки в штабе Средиземномор­ского флота в Александрии поняли правильно. Увеличив­шаяся активность вражеской авиации уже заставила пред­положить, что готовится какая-то операция итальянско­го флота. Под прикрытием темноты вечером Средизем­номорский флот выскользнул в море. «Уорспайт», «Барэм», «Вэлиант», «Формидебл» и эсминцы должны были помешать противнику выйти на морские коммуникации, ведущие в Грецию. Для этого им предстояло выйти в точ­ку немного южнее острова Гавдос, куда направлялся и «Витторио Венето». Вице-адмирал Придхэм-Уиппел, ко­торый вместе с крейсерами «Орион», «Аякс», «Перт», «Глостер» и 4 эсминцами действовал в Эгейском море, получил приказ на рассвете 28 марта находиться в точке рандеву юго-западнее Гавдоса.

Таким образом, в течение ночи 27 — 28 марта два флота мчались навстречу друг другу. Столкновение было неиз­бежно, и утром оно произошло. Детальное описание боя у мыса Матапан можно найти в других книгах (В нашем сборнике дан один из лучших вариантов.), и мы не будем повторяться. Достаточно сказать, что оправдались самые худшие опасения адмирала Иакино. Он не полу­чил никакой поддержки со стороны германских и италь­янских ВВС. Поэтому его корабли оказались совершенно беззащитными перед атаками бомбардировщиков КВВС и торпедоносцев «Формидебла». В то же время он не имел никакого представления о силах противника. К тому же и сам Иакино сделал грубую ошибку. Вечером 28 марта он получил 2 противоречивых сообщения. Разведывательный самолет передал, что линкоры Каннингхэма буквально висят на хвосте у итальянской эскадры, а служба радио­перехвата утверждала, что, по ее данным, англичане на­ходятся в 170 милях позади. Иакино поверил второму со­общению. Днем крейсер «Пола» получил попадание авиа­торпедой и потерял ход. Иакино отправил на помощь ему крейсера «Зара» и «Фиуме» вместе с 4 эсминцами. Не имея радаров, итальянцы ночью шли вслепую. Они на­толкнулись на британские линкоры, и оба крейсера были буквально разнесены в щепки. Погибли также 2 эсминца. Поврежденный крейсер «Пола» был потоплен немного позднее. Линкор «Витторио Венето» тоже получил попа­дание авиаторпедой, но все-таки сумел уйти от гнавшихся за ним англичан.

Снова исход сражения двух флотов решила авиация. Линкоры противников так и не получили шансы всту­пить в артиллерийскую дуэль. В данном случае особенно разительна разница в действиях большого количества гер­манских и итальянских самолетов и горстки английских. Самолеты КВВС и ВСФ дали адмиралу Каннингхэму точную информацию о противнике. Они вынудили итальян­цев принять бой, так как повредили несколько их кораб­лей, что позволило Каннингхэму добить их артиллерией. Зато итальянцы действовали вслепую, без истребитель­ного прикрытия, поэтому они должны были еще радо­ваться, что сумели избежать более тяжелых потерь.

Но как раз в эти же самые дни немцы и итальянцы в Ливии и на Балканах завершали последние приготовле­ния к решительному наступлению. В считанные недели вся стратегическая ситуация на Средиземном море изме­нилась радикально. 31 марта началось итало-германское наступление в Ливии. 3 апреля пал Бенгази, и британ­ская армия обратилась в бегство. 6 апреля германская 12-я армия пересекла границу Болгарии и Греции и тоже начала наступление. Через 3 недели вся страна уже была в руках немцев.

Наступление противника в Африке стало причиной серьезной озабоченности адмирала Каниингхэма. Британ­ское правительство впало в настоящую панику и потре­бовало от него любой ценой помешать итальянцам дос­тавлять снабжение в Ливию. А через несколько дней Сре­диземноморский флот начал эвакуацию британских войск из Греции, которая дорого обошлась ему. Но еще боль­шие потери флот понес, отражая попытки противника высадить морской десант на остров Крит, а также в ходе эвакуации оттуда.

Каннингхэм уже не раз сообщал правительству, что успех действий против ливийских конвоев определяется тем, сможет ли он использовать Мальту как морскую и воздушную базу. В начале марта 148-я эскадрилья бом­бардировщиков «Веллингтон» понесла тяжелые потери, и ее пришлось временно отвести в Египет. На острове остались лишь несколько «Суордфишей». Требования ад­мирала и главного маршала авиации Лонгмора прислать на Мальту истребители были наконец-то услышаны. Сна­чала старый авианосец «Аргус» доставил в Гибралтар дюжину «Харрикейнов». Они были перегружены на «Арк Ройял». Он вышел в море вместе с Соединением Н. 23 апреля, когда авианосец находился южнее Сардинии, истребители поднялись в воздух и направились на Маль­ту. 27 апреля таким же образом на остров были доставле­ны 27 «Харрикейнов». 21 мая на Мальту прибыли еще 47 истребителей. Теперь Мальта могла отбивать атаки X авиа­корпуса, однако наносить удары по итальянским конво­ям пока было нечем.

Хотя корабли на Мальте повергались опасности, Каннингхэм 11 апреля отправил туда 4 эсминца 14-й флоти­лии — «Джервис», «Янус», «Мохаук» и «Нубиэн». Ими командовал капитан 1 ранга Филип Мак. Этот отряд дол­жен был наносить удары по вражеским коммуникациям. Так как противник господствовал в воздухе, эсминцы могли действовать только по ночам. Так как корабли не имели радара, то перехват конвоя, обнаруженного авиа­разведкой, становился проблематичным. Тем не менее, эсминцы довольно быстро добились успеха.

Британские самолеты обнаружили конвой из 5 транс­портов под прикрытием 3 итальянских эсминцев, кото­рый следовал вдоль тунисского побережья в Триполи. 15 апреля, как только зашло солнце, Мак вывел свое со­единение в море и направился к банке Керкенна, нахо­дящейся в 30 милях от порта Сфакс. В 1.45 флотилия вышла в намеченную точку перехвата, но разошлась с против­ником на контркурсах на расстоянии всего 3 мили, не заметив конвой. Но этот промах оказался удачным для англичан. Молодая луна поднималась на юго-западе, и итальянские наблюдатели могли заметить английские эсминцы раньше, чем те увидели бы конвой. Зато теперь внезапности добились англичане. Они повернули назад и в 1.58 в 6 милях впереди себя увидели освещенный лун­ным светом конвой.

Мак маневрировал так, чтобы противник все время находился между ним и луной. Британские эсминцы при­близились к ничего не подозревающему конвою с кормы и легли на параллельный курс. В 2.20 орудия «Джервиса» открыли огонь по ближайшему итальянскому эсминцу. Это был «Лампо». Ошарашенный капитан итальянского эсминца успел приказать дать полный ход и только. Дав 3 залпа, «Лампо» получил несколько попаданий и остано­вился. Эсминец дал торпедный залп, но впустую.

Следующим попал под удар эсминец «Валено». Пер­вый же залп «Нубиэна» попал ему в мостик, перебив всех офицеров, погиб и командир. Потеряв управление, «Валено» остановился и, получив множество попаданий, превратился в руину.

Теперь британские эсминцы занялись транспортами. Итальянское судно «Сабаудиа», груженное боеприпаса­ми, взорвалось с ужасным грохотом. Командир эскорта капитан 2 ранга Пьетро де Кристофаро находился на эс­минце «Тариго» во главе конвоя. Он немедленно повер­нул назад и попытался прикрыть своим кораблем транс­порты. Первый же залп, попавший в «Тариго», смертель­но ранил де Кристофаро. Градом снарядов итальянский эсминец был превращен в пылающие обломки. Де Крис­тофаро командовал до последнего момента. Уже тону­щий «Тариго» выпустил 3 торпеды в «Мохаук». 2 из них попали в цель, и британский эсминец тоже затонул. На нем погибли 2 офицера и 39 матросов.

Больше потерь англичане не имели. Зато остальные 4 транспорта (все германские) с войсками и техникой для Роммеля были потоплены, так же, как «Валено» и «Тари­го». «Лампо» сдрейфовал на мелководье банки Керкенна и позднее был спасен итальянцами. Всего противник поте­рял 350 человек, 300. автомобилей и 3500 тонн различных грузов, что было самым серьезным ударом по Африканс­кому Корпусу в период его перевозки в Ливию. «Суордфи-ши» 830-й эскадрильи сумели потопить лишь 1 транспорт. Некоторых успехов добились подводные лодки, которые с января по апрель 1941 года на ливийском маршруте по­топили 10 судов общим водоизмещением 27168 тонн.

Англичанам также удалось восстановить силы своей авиации на Мальте. Самолеты приобрели огромное значение в борьбе на коммуникациях Роммеля, хотя подвод­ные лодки, базирующиеся на Мальте, добились самых крупных и самых громких успехов. Именно эти 2 системы оружия оказали решающее влияние на исход битвы за Средиземное море, хотя сказать, чей вклад был больше, слишком трудно. Более детально мы рассмотрим действия самолетов и подводных лодок немного позднее.

Британское командование делало все возможное, что­бы восстановить ударную мощь Мальты. Слишком долго правительство отмахивалось от нужд острова, не веря, что его удастся удержать. Зато теперь, когда события в Ливии и Греции приняли катастрофический характер, то же самое правительство потребовало «принять реши­тельные меры для стабилизации положения на Среднем Востоке». Каннингхэму было предложено обстрелять и заблокировать порт Триполи, используя в качестве бран­деров линкор «Барэм» и крейсер (Совершенно непонятно, почему автор использует безличную фор­му предложения. Сэр Уинстон Черчилль был автором этого бреда. А. Б.). Более детальное изуче­ние этого предложения сразу показало его полную несо­стоятельность. И хотя адмирал очень резко высказался против попыток заблокировать Триполи, он все-таки согласился провести обстрел порта своими кораблями. Почему-то Каннингхэм не желал возложить задачу унич­тожения портовых сооружений Триполи на авиацию, несмотря на то, что прекрасно помнил болезненный урок, полученный его флотом в Греции, когда Люфтваффе превращали в руины греческие порты. Каннингхэм дос­тиг полной внезапности. Одновременно с обстрелом с моря «Суордфиши» и «Веллингтоны» с Мальты провели бомбардировку Триполи. Город серьезно пострадал, а британские корабли спокойно ушли, не встретив помех со стороны вражеской авиации, базирующейся на сосед­нем аэродроме Кастель Бенито.

Тем не менее, портовые сооружения остались, в ос­новном, целы. Поэтому правительство начало давить на Каннингхэма, требуя повторения операции, хотя на сей раз риск был значительно выше. Адмирал решил, что возможные результаты не оправдают этого риска. Однако разногласия разрешились неожиданно — начались собы­тия, которые потребовали от флота предельного напря­жения всех сил. В тот день, на который был намечен по­вторный обстрел, правительство приняло решение эва­куировать британские войска из Греции. Для Средизем­номорского флота начался долгий период тяжелых ис­пытаний. Ему предстояло сражаться с более чем 500 са­молетами X и VIII авиакорпусов, и эти бои завершились лишь 1 июня, когда с острова Крит был вывезен после­дний британский солдат.